Правда, в какой-то момент мне показалось, что за мной следят. Я даже почувствовал холодок в области желудка, что не помешало мне, однако, установить примечательную особенность: следившие за моей скромной персоной глаза принадлежали симпатичной женщине лет двадцати пяти-тридцати. Да что там симпатичной, писаной красавице. По всем правилам голливудских боевиков, если героя не удалось убить сразу, то его следует соблазнить, подослав к нему умопомрачительное создание, ноги у которого от зубов растут. Конечно, подобный расклад был бы слишком банален в сложившейся ситуации, а потому к заинтересовавшейся мной даме я подошел без душевного трепета, а уж фразу произнес и вовсе не блещущую оригинальностью:

— По-моему, мы с вами где-то встречались?

— Встречались, — мило улыбнулась мне очаровательная блондинка. — Меня Наташей зовут. Я подруга Виктора Чуева.

Недаром же мне ее лицо показалось знакомым. С Витькой я столкнулся в ресторане дня за два до своей поездки в Москву. Чуев кутил в довольно многочисленной компании, так что поговорить нам не удалось. Но эту женщину я запомнил и даже, по-моему, собирался пригласить на танец, но почему-то не пригласил.

— А я ушла почти сразу, — откровенно призналась Наташа. — Когда мужчины сильно напиваются, они начинают вести себя слишком развязно. А мне это не нравится.

Строгая, судя по всему, женщина. Я промычал в ответ что-то вроде того, что имеет место быть, и вообще народ пошел дурно воспитанный. А в столице, между прочим, этот народ еще хуже, чем в нашем славном городе.

— Мне так не показалось, — с некоторой ноткой удивления в голосе сказала Наташа.

— Каждый судит в меру приобретенного опыта, — скромно заметил я. — А вы здесь какими судьбами?

— Командировка, — вздохнула она. — К сожалению, очень короткая. А так хотелось побродить по музеям. Я ведь искусствовед.

— Что вы говорите? — удивился я. — И в живописи разбираетесь?